Подпишитесь на наши новости
Вернуться к началу с статьи up
 

БОЯ́РСКАЯ ДУ́МА

Авторы: В. Д. Назаров

БОЯ́РСКАЯ ДУ́МА, выс­ший со­вет при рус. князь­ях и ца­рях в 10 – нач. 18 вв. Тер­мин вве­дён в на­уч. обо­рот рос. ис­то­ри­ка­ми 18–19 вв. Сло­ва «ду­ма», «со­вет» (в ука­зан­ном зна­че­нии) и про­из­вод­ные от них «ду­мать», «со­ве­то­вать», «ду­мец», «со­вет­ник», а так­же «дум­ни­ца», «со­вет­ни­ца» (по­ме­ще­ние, где про­ис­хо­ди­ло за­се­да­ние Б. д.) и др. поя­ви­лись в ис­точ­ни­ках с 11 в. при опи­са­нии уч­ре­ж­де­ний или со­бы­тий, ко­то­рые бы­ли свя­за­ны с их дея­тель­но­стью, в т. ч. в бо­лее ран­ний пе­ри­од (на­чи­ная с 10 в.).

В Др.-рус. го­су­дар­ст­ве 10 – нач. 12 вв. на со­ве­ща­ни­ях ки­ев­ских кня­зей со стар­шей дру­жи­ной, а так­же с пред­ста­ви­те­ля­ми ро­до-п­ле­мен­ной зна­ти («стар­цы град­ские») об­су­ж­да­лись ме­ж­ду­кня­же­ские и ме­ж­ду­нар. от­но­ше­ния, су­деб­но-адм. уст­рой­ст­во го­су­дар­ст­ва (в т. ч. при­ня­тие Рус­ской прав­ды), во­про­сы о при­ня­тии хри­сти­ан­ст­ва и обес­пе­че­нии Церк­ви и т. п. На важ­ней­ших за­се­да­ни­ях при­сут­ст­во­ва­ли цер­ков­ные ие­рар­хи. Со­став, пре­ро­га­ти­вы и функ­ции, пе­рио­дич­ность и ме­сто со­зы­ва та­ких со­ве­тов оп­ре­де­ля­лись кня­зем-сю­зе­ре­ном, а так­же тра­ди­ци­ей в со­от­вет­ст­вии с об­стоя­тель­ст­ва­ми и кон­крет­ны­ми це­ля­ми. Чле­ны со­ве­тов уча­ст­во­ва­ли в кня­же­ских пи­рах, при­двор­ных це­ре­мо­ни­ях, при­сут­ст­во­ва­ли на кня­же­ском су­де, при пе­ре­го­во­рах кня­зей и за­клю­че­нии со­гла­ше­ний ме­ж­ду ни­ми. Раз­дроб­ле­ние Др.-рус. го­су­дар­ст­ва в 12 – нач. 13 вв. на са­мо­стоя­тель­ные кня­же­ст­ва (а по­след­них на удель­ные кня­же­ст­ва) во гла­ве с пред­ста­ви­те­ля­ми разл. вет­вей ди­на­стии Рю­ри­ко­ви­чей, ста­нов­ле­ние в кня­же­ст­вах бо­яр в ка­че­ст­ве гос­под­ство­вав­ше­го со­сло­вия ук­ре­пи­ли зна­че­ние Б. д. Ду­мы по­пол­ня­лись ли­ца­ми из бо­яр­ской эли­ты (в т. ч. ты­сяц­ки­ми), в свя­зи с чем дея­тель­ность Дум ста­ла бо­лее ре­гу­ляр­ной.

Ус­та­нов­ле­ние за­ви­си­мо­сти рус. кня­жеств и зе­мель от Зо­ло­той Ор­ды и их ос­лаб­ле­ние по­влия­ли на судь­бу Б. д. В Сев.-Вост. Ру­си сер. 13 – сер. 15 вв. рез­кое со­кра­ще­ние чис­лен­но­сти слу­жи­лых бо­яр, по­гиб­ших в пе­ри­од пан­де­мий и ор­дын­ских на­бе­гов 13–15 вв. (в осо­бен­но­сти до 1430-х гг.), а так­же ли­к­ви­да­ция к кон. 14 в. ин­сти­ту­та ты­сяц­ких в боль­шин­ст­ве кня­жеств при­ве­ли к уси­ле­нию ро­ли кня­зя-сю­зе­ре­на в оп­ре­де­ле­нии со­ста­ва, пред­ме­та и по­ряд­ка за­ня­тий Б. д. Раз­ви­тие кня­же­ско­го хо­зяй­ст­ва ук­ре­пи­ло в Б. д. по­зи­ции долж­но­ст­ных лиц, воз­глав­ляв­ших от­дель­ные его от­рас­ли, или пу­ти, – ко­ню­ше­го, столь­ни­ка, лов­че­го и др. По­сте­пен­ное оформ­ле­ние к кон. 14 в. ари­сто­кра­тич. вер­хуш­ки не­ти­ту­ло­ван­но­го бо­яр­ст­ва за­кре­п­ля­ло на­след­ст­вен­ный ха­рак­тер уча­стия её пред­ста­ви­те­лей в Б. д. и в гос. управ­ле­нии («ве­ли­кие», или «вве­дён­ные», боя­ре). На ан­нек­си­ро­ван­ных Ве­ли­ким кня­же­ст­вом Ли­тов­ским в кон. 13 – нач. 15 вв. рус. тер­ри­то­ри­ях (пре­им. за­пад­ных, юго-за­пад­ных, позд­нее – цен­траль­ных) Б. д. со­хра­ня­лись толь­ко в не­боль­ших удель­ных кня­же­ст­вах, при­над­ле­жав­ших князь­ям-Рю­ри­ко­ви­чам. В Нов­го­род­ской рес­пуб­ли­ке и Псков­ской рес­пуб­ли­ке в от­сут­ст­вие на­след­ст­вен­ной кня­же­ской вла­сти не сфор­ми­ро­ва­лись и Б. д., из­вест­ной ана­ло­ги­ей им был Со­вет гос­под.

Клас­сич. об­лик Б. д. по­лу­чи­ла на за­вер­шаю­щем эта­пе об­ра­зо­ва­ния Рус. гос-ва в фор­ме мо­нар­хии с со­слов­ным пред­ста­ви­тель­ст­вом (сер. 15 – сер. 16 вв.). Транс­фор­ма­ция Б. д. ста­ла со­став­ной ча­стью кар­ди­наль­ных пе­ре­мен в об­ще­ст­вен­но-гос. уст­рой­ст­ве стра­ны и в то же вре­мя – след­ст­ви­ем та­ких пе­ре­мен. С кон. 15 в. Б. д. – по­сто­ян­но дей­ст­вую­щий выс­ший со­вет при го­су­да­ре. Её дея­тель­ность осу­ще­ст­в­ля­лась в различ­ных фор­мах, функ­ции ка­са­лись всех сфер уп­рав­ле­ния, она име­ла об­шир­ные пре­ро­га­ти­вы. Сло­жи­лась ие­рар­хическая струк­ту­ра Б. д., по­сте­пен­но фор­ми­ро­ва­лись про­це­ду­ра её по­пол­не­ния и пра­ви­ла про­дви­же­ния по карь­ер­ной ле­ст­ни­це в Б. д., чле­ны Б. д. об­ла­да­ли фик­си­ро­ван­ным ста­ту­сом и ма­те­ри­аль­ным обес­пе­че­ни­ем.

Вплоть до нач. 18 в. Б. д. за­ни­ма­ла выс­шую по­зи­цию в струк­ту­рах Го­су­да­ре­ва дво­ра. В сер. 16 – по­след­ней четв. 17 вв. «дум­ные чи­ны» со­став­ля­ли осо­бую, наи­бо­лее пре­стиж­ную и ак­тив­ную ку­рию зем­ских со­бо­ров. Б. д. бы­ла яд­ром со­ве­ща­ний бо­лее уз­ко­го со­ста­ва во гла­ве с мо­нар­хом по ост­рым во­ен­но-по­ли­тич., эко­но­мич. и др. про­бле­мам («вой­ско­вых» со­бо­ров 1471, 1550–70-х гг. и др.; «цер­ков­но-зем­ских» со­бо­ров 1580, 1584 и др.; со­ве­ща­ний 1660, 1662, 1663 с пред­ста­ви­те­ля­ми при­ви­ле­ги­ро­ван­но­го ку­пе­че­ст­ва и го­ро­жан, и т. п.).

На­зна­че­ние в Ду­му («ска­зы­ва­ние» дум­но­го чи­на) её чле­нов за­кре­пи­лось с ру­бе­жа 15–16 вв., са­ма про­це­ду­ра фик­си­ру­ет­ся в ис­точ­ни­ках с кон. 16 в. В Б. д. с по­след­ней четв. 15 в. по на­зна­че­нию вхо­ди­ли боя­ре (выс­ший дум­ный чин), околь­ни­чие (сле­дую­щий по зна­чи­мо­сти чин), а по долж­но­сти – дво­рец­кие (ру­ко­во­ди­те­ли центр. ве­домств – Боль­шо­го двор­ца, позд­нее Боль­шо­го двор­ца при­ка­за и т. н. об­ла­ст­ных двор­цов), обыч­но имев­шие чин боя­ри­на или околь­ниче­го, ка­зна­чеи, по­стель­ни­чие, лов­чие и др., со 2-й тре­ти 16 в. – крав­чие. В 16 в. для по­пол­не­ния Б. д. близ­ки­ми со­вет­ни­ка­ми мо­нар­ха из не­знат­но­го дво­рян­ст­ва и из чис­ла при­каз­ных дея­те­лей бы­ли вве­де­ны чи­ны дум­ных дво­рян (с 1517 из­вест­ны «де­ти бо­яр­ские, ко­то­рые у го­су­да­ря в ду­ме жи­вут», с 1551 – «стряп­чий в ду­ме», с 1564 – «дво­ря­не, ко­то­рые в ду­ме жи­вут») и дум­ных дья­ков (с 1532 из­вест­ны «ве­ли­кие дья­ки», с 1562 – «дум­ные дья­ки»). Дум­ный чин со 2-й пол. 16 в. имел и го­су­да­рев пе­чат­ник (хра­ни­тель цар­ской пе­ча­ти). В 17 в. в Б. д. по долж­но­сти вхо­ди­ли так­же ясель­ни­чие, стряп­чие с клю­чом и др. Дум­ные чи­ны по­лу­ча­ли в пер­вую оче­редь важ­ней­шие на­зна­че­ния вое­вод. С 16 в. они име­ли наи­выс­шие нор­мы «по­ме­ст­ных дач» (в т. ч. под­мос­ков­ных по­мес­тий) и ре­гу­ляр­но­го де­неж­но­го жа­ло­ва­нья. Тра­ди­ци­он­ным бы­ло пра­во дум­цев на су­деб­ное со­бор­ное раз­би­ра­тель­ст­во при уго­лов­ных и по­ли­тич. об­ви­не­ни­ях, за­фик­си­ро­ван­ное ца­рём Ва­си­ли­ем Ива­но­ви­чем Шуй­ским в тек­сте кре­ст­ной гра­мо­ты 1606 и рас­ши­рен­ное им за счёт ря­да до­пол­ни­тель­ных га­ран­тий.

Заседание Боярской думы. Деталь царского места Ивана IV Васильевича Грозного. Позолоченная резьба по дереву. 1551. Успенский собор Московского Кремля.

В кон. 15 в. чис­лен­ность Б. д. не пре­вы­ша­ла 15–18 чел. (с учё­том долж­но­ст­ных лиц), в прав­ле­ние вел. кн. мо­с­ков­ско­го Ва­си­лия III Ива­но­ви­ча при не­зна­чит. рос­те чис­ла чле­нов Б. д. в ней сло­жи­лись про­пор­ции чи­нов (пре­об­ла­да­ли боя­ре, за ис­клю­че­ни­ем пе­рио­да 1509–1518) и ге­неа­ло­гич. со­ста­ва (от 60 до 90% бо­яр бы­ли из ти­ту­ло­ван­ной зна­ти; сре­ди околь­ни­чих гос­под­ство­ва­ла не­ти­ту­ло­ван­ная знать моск. и твер­ских ро­дов). В сер. 16 в. Б. д. рез­ко рас­ши­ри­лась, ге­неа­ло­гич. про­пор­ции со­хра­ни­лись (при не­ко­то­ром умень­ше­нии до­ли бо­яр): в 1560–62 в ней со­стоя­ло бо­лее 60 чел. Каз­ни и ре­прес­сии зна­ти в го­ды оп­рич­ни­ны и дея­тель­но­сти осо­бо­го дво­ра ца­ря Ива­на IV Ва­силь­е­ви­ча Гроз­но­го поч­ти вдвое со­кра­ти­ли со­став Б. д. Вме­сте с тем в ней рез­ко уси­ли­лись по­зи­ции не­знат­ных дум­ных дво­рян: в мар­те 1584 их бы­ло око­ло тре­ти в объ­е­ди­нён­ной ду­ме (об­ра­зо­ва­на при слия­нии осо­бой дво­ро­вой Б. д. Ива­на IV Ва­силь­е­ви­ча и зем­ской Б. д., дей­ст­во­вав­шей в 1565–84 на тер­ри­то­ри­ях, не вклю­чён­ных ца­рём в со­став оп­рич­ни­ны), все они по­лу­чи­ли дум­ные чи­ны в осо­бом дво­ре или в оп­рич­ной ду­ме, ку­да вхо­ди­ли фа­во­ри­ты ца­ря в чи­не бо­яр или дум­ных дво­рян. В кон. 16 в. чис­лен­ность Б. д. поч­ти вос­ста­но­ви­лась (ок. 60 чел. в 1598), так же, как и её ге­неа­ло­гич. со­став (ти­ту­ло­ван­ных лиц бы­ло ок. 40%, воз­рос­ла до­ля ста­ро­мос­ков­ской не­ти­ту­ло­ван­ной зна­ти). Пред­ста­ви­те­ли бо­лее 110 фа­ми­лий по­лу­чи­ли в те­че­ние 16 в. на­зна­че­ния в Б. д., ок. 50% из них – ти­ту­ло­ван­ные ли­ца се­ми кня­же­ских до­мов Рю­ри­ко­ви­чей (кня­зья Обо­лен­ские и Чер­ни­гов­ские, Рос­тов­ские, Ря­зан­ские, Суз­даль­ские, Ста­ро­дуб­ские, Твер­ские, Яро­слав­ские), вы­ход­цы из не­ко­то­рых ли­ний смо­лен­ских Рю­ри­ко­ви­чей и че­ты­рёх вет­вей ли­тов. Ге­ди­ми­но­ви­чей. Пред­ста­ви­те­ли ок. 30 кня­же­ских фа­ми­лий по­лу­ча­ли толь­ко бо­яр­ский чин, ли­ца из не­ти­ту­ло­ван­ной зна­ти на­чи­на­ли карь­е­ру в Б. д. с чи­на околь­ни­че­го. К кон­цу Смут­но­го вре­ме­ни по­зи­ции и ав­то­ри­тет Б. д. рез­ко ос­лаб­ли и вос­ста­но­ви­лись лишь в 1620-е гг. Во 2-й пол. 17 в. чис­лен­ность Б. д., в си­лу раз­но­на­прав­лен­ных по­ли­тич. фак­то­ров, не­ук­лон­но рос­ла (59 чел. в 1648/49, 79 чел. в 1662/63, 108 чел. в 1675/76, 180 чел. в 1688/89) на фо­не опе­ре­жаю­ще­го рос­та чис­ла околь­ни­чих, дум­ных дво­рян и дья­ков (в це­лом в 1670–80-е гг. со­став­ля­ли бо­лее 60% Ду­мы), зна­чит. «ухуд­ше­ния» её ге­неа­ло­гич. со­ста­ва (св. 20 фа­ми­лий ти­ту­ло­ван­ной и не­ти­ту­ло­ван­ной зна­ти по­лу­ча­ли в 17 в. толь­ко бо­яр­ский чин, в Ду­му вхо­ди­ли ещё ок. 15 «дум­ских» по тра­ди­ции фа­ми­лий, при этом вы­дви­ну­лись де­сят­ки вто­ро- и третье­сте­пен­ных в 16 в. фа­ми­лий и ро­дов) и но­во­го по­сте­пен­но­го об­ще­го па­де­ния ро­ли Б. д. в жиз­ни го­су­дар­ст­ва и об­ще­ст­ва при од­но­вре­мен­ном воз­рас­та­нии ро­ли мо­нар­ха. Для лиц из но­вых фа­ми­лий (осо­бен­но фа­во­ри­тов) бы­ла ти­пич­ной по­сле­до­ва­тель­ная карь­е­ра от дум­но­го дво­ря­ни­на до боя­ри­на.

Б. д. за­се­да­ла ре­гу­ляр­но, обыч­но во гла­ве с го­су­да­рем (напр., от 3 до 5 дней в не­де­лю в сер. 17 в.). В пол­ном со­ста­ве за­се­да­ния Б. д. про­ис­хо­ди­ли за­мет­но ре­же, чем со­ве­ща­ния мо­нар­ха с бо­лее уз­ким кру­гом при­бли­жён­ных со­вет­ни­ков – Ближ­ней ду­мой. По­ве­ст­ка за­се­да­ний фор­ми­ро­ва­лась го­су­да­рем, а так­же за­про­са­ми из при­ка­зов. Б. д. не име­ла кан­це­ля­рии, отд. де­ло­про­из­вод­ст­ва, её ре­ше­ния (а по­рой и осн. точ­ки зре­ния при об­су­ж­де­нии) за­пи­сы­ва­лись дья­ка­ми при­ка­зов, по­дав­ших за­прос. На за­се­да­ни­ях Б. д. её чле­ны со­вме­ст­но с го­су­да­рем при­ни­ма­ли «при­го­во­ры». Дей­ст­во­ва­ли так­же «дум­ские» ко­мис­сии (со­стоя­ли це­ли­ком из чис­ла дум­цев или воз­глав­ля­лись чле­на­ми Б. д.), дум­цы воз­глав­ля­ли ряд при­ка­зов (к кон. 16 в. – ок. 15 при­ка­зов, с сер. 17 в. – бо­лее 25). «Дум­ские» ко­мис­сии ру­ко­во­ди­ли об­щи­ми и уезд­ны­ми во­ен. смот­ра­ми, где про­ис­хо­ди­ло «вер­ста­ние» зе­мель­ным ок­ла­дом и де­неж­ным ок­ла­дом слу­жи­лых дво­рян, ка­за­ков и др. (1552, 1555–56, 1598, 1605–06 и др.); под­го­тав­ли­ва­ли с пред­ва­рит. ут­вер­жде­ни­ем ус­тав сто­ро­же­вой служ­бы (1571 и др.), про­ек­ты со­ору­же­ния за­сеч­ных черт (со 2-й пол. 16 в.); фор­ми­ро­ва­ли пол­ки но­во­го строя (2-я треть 17 в.); при­ни­ма­ли ре­ше­ния по строи­тель­ст­ву кре­по­стей. «Дум­ской» ко­мис­си­ей яв­ля­лась и дей­ст­во­вав­шая в кон. 17 – нач. 18 вв. Рас­прав­ная па­ла­та.

Чле­ны Б. д. со 2-й пол. 15 в. при­сут­ст­во­ва­ли на су­де ве­ли­ко­го или удель­но­го кня­зя, со­став­ляя су­деб­ную ку­рию при нём. Но ча­ще (не позд­нее 2-й тре­ти 16 в.) в ка­че­ст­ве выс­шей су­деб­ной ин­стан­ции в Мо­ск­ве вы­сту­па­ли суд­ные «бо­яр­ские ко­мис­сии», раз­би­рав­шие де­ла в за­ви­си­мо­сти от адм.-терр. при­над­леж­но­сти «тя­жу­щих­ся» сто­рон («боя­ре, ко­то­рым ко­то­рые го­ро­ды при­ка­за­ны») или же от юри­дич. ква­ли­фи­ка­ции («боя­ре, ко­то­рым раз­бой­ные де­ла при­ка­за­ны»). Дум­цы уча­ст­во­ва­ли в Сто­гла­вом со­бо­ре 1551, на ко­то­ром, по­ми­мо соб­ст­вен­но тек­ста Сто­гла­ва, бы­ли ут­вер­жде­ны Су­деб­ник 1550 (см. в ст. Су­деб­ни­ки 15–16 вв.) и ус­тав­ная зем­ская гра­мо­та. Со­глас­но Су­деб­ни­ку 1550 (ст. 88), Б. д. в обя­за­тель­ном по­ряд­ке со­уча­ст­во­ва­ла в про­цес­сах за­ко­но­твор­че­ст­ва и ко­ди­фи­ка­ции пра­ва. Она вме­сте с цер­ков­ны­ми со­бо­ра­ми при­ня­ла уло­же­ния 1580, 1584 о судь­бах церк. зем­ле­вла­де­ния. Осо­бые ко­мис­сии во гла­ве с дум­ца­ми го­то­ви­ли текст Со­бор­но­го уло­же­ния 1649, про­ек­ты ре­форм «го­су­да­ре­вых рат­ных и зем­ских дел» (1681–82) и т. п. Дум­цы ру­ко­во­ди­ли так­же ра­бо­та­ми по ко­ди­фи­ка­ции пра­ва в рам­ках ком­пе­тен­ции ру­ко­во­ди­мых ими центр. ве­домств, в ре­зуль­та­те со­став­ле­ны «су­деб­ные», «ус­тав­ные» и «указ­ные» кни­ги сер. 16 – сер. 17 вв. Чле­ны Б. д. по­сто­ян­но уча­ст­во­ва­ли во всех двор­цо­вых це­ре­мо­ни­ях и приё­мах. При дли­тель­ных по­езд­ках мо­нар­ха в 16–17 вв. (по мо­на­сты­рям, двор­цо­вым име­ни­ям, во вре­мя во­ен. по­хо­дов) часть Б. д. со­про­во­ж­да­ла его, а на­зна­чен­ная го­су­да­рем ко­мис­сия из чле­нов Б. д. (до 1569 не­ред­ко во гла­ве с удель­ным кня­зем из моск. вет­ви Рю­ри­ко­ви­чей) воз­глав­ля­ла те­ку­щее уп­рав­ле­ние и бы­ла выс­шей су­деб­ной ин­стан­ци­ей. На за­се­да­ни­ях Б. д. (по­рой пред­ше­ст­во­вав­ших зем­ским со­бо­рам, напр., в 1566, 1621, 1653) рас­смат­ри­ва­лись клю­че­вые во­про­сы вой­ны или ми­ра (пе­ре­ми­рия), круп­но­мас­штаб­ных во­ен. дей­ст­вий, го­су­да­ре­вых по­хо­дов и др. Ди­пло­ма­тич. пе­ре­го­во­ры с иностр. де­ле­га­ция­ми в Мо­ск­ве, на разл. по­соль­ских съез­дах ве­лись ко­мис­сия­ми (с пра­вом за­клю­че­ния пред­ва­рит. со­гла­ше­ний), со­сто­яв­ши­ми из чле­нов Б. д. Дум­цы раз­но­го ста­ту­са воз­глав­ля­ли обыч­но рус. по­соль­ст­ва в др. го­су­дар­ст­ва. Б. д. уча­ст­во­ва­ла так­же в цер­ков­ных пре­об­ра­зо­ва­ни­ях (ос­но­ва­ние Ка­зан­ской епар­хии в 1555, уч­ре­ж­де­ние пат­ри­ар­ше­ст­ва и рас­ши­ре­ние чис­ла ка­федр в 1589, осу­ж­де­ние и ли­ше­ние са­на пат­ри­ар­ха Ни­ко­на, об­су­ж­де­ние во­про­сов внут­рен­не­го цер­ков­но­го уст­рой­ст­ва на цер­ков­ном со­бо­ре 1666–67 и др.). В Смут­ное вре­мя, по­сле свер­же­ния ца­ря Ва­си­лия Ива­но­ви­ча Шуй­ско­го, «се­ми­бо­яр­щи­на», со­сто­яв­шая из вид­ных пред­ста­ви­те­лей Б. д., на­хо­див­ших­ся то­гда в Мо­ск­ве, ре­аль­но (июль – окт. 1610), а за­тем и фор­маль­но (ко­нец окт. 1610 – окт./но­яб. 1612) яв­ля­лась выс­шим ин­сти­ту­том гос.-по­ли­тич. вла­сти в стра­не. «Се­ми­бо­яр­щи­на» 17(27).8.1610 за­клю­чи­ла до­го­вор о при­зна­нии рус. ца­рём польск. ко­ро­ле­ви­ча Вла­ди­сла­ва (бу­ду­ще­го польск. ко­ро­ля Вла­ди­сла­ва IV).

В пе­ри­од ста­нов­ле­ния са­мо­дер­жа­вия зна­че­ние Б. д., ко­то­рая по спо­со­бу фор­ми­ро­ва­ния бы­ла ин­сти­ту­том пред­ста­ви­тель­ст­ва ти­ту­ло­ван­ной и не­ти­ту­ло­ван­ной ари­сто­кра­тии, па­да­ло, её за­се­да­ния про­ис­хо­ди­ли зна­чи­тель­но ре­же, умень­шил­ся чис­лен­ный со­став Б. д. (138 чел. в 1696/97, 48 чел. в 1713). В 1713 Б. д. пе­ре­ста­ла функ­цио­ни­ро­вать (ли­к­ви­да­ции Б. д. спо­соб­ст­во­ва­ло соз­да­ние в 1711 Се­на­та). Впо­след­ст­вии со­ве­ща­тель­ные функ­ции при рос. мо­нар­хах ис­пол­ня­ли Вер­хов­ный тай­ный со­вет (1726–30), Ка­би­нет ми­ни­ст­ров 1731–41, Кон­фе­рен­ция при Вы­со­чай­шем дво­ре (1756–1762), Им­пе­ра­тор­ский со­вет (1762), Не­пре­мен­ный со­вет (1801–10), Го­су­дар­ст­вен­ный со­вет (1810–1917/18).

Лит.: Клю­чев­ский В. О. Бо­яр­ская ду­ма Древ­ней Ру­си. 3-е изд. М., 1902; Сер­гее­вич В. [И.] Древ­но­сти рус­ско­го пра­ва. СПб., 1908. Т. 2: Ве­че и князь. Со­вет­ни­ки кня­зя. СПб., 1908; Зи­мин А. А. Со­став Бо­яр­ской ду­мы в XV– XVI вв. // Ар­хео­гра­фи­че­ский еже­год­ник за 1957 г. М., 1958; он же. Фор­ми­ро­ва­ние бо­яр­ской ари­сто­кра­тии в Рос­сии во вто­рой пол. XV – пер­вой тре­ти XVI в. М., 1988; На­за­ров В. Д. Из ис­то­рии цен­траль­ных го­су­дар­ст­вен­ных уч­ре­ж­де­ний Рос­сии се­ре­ди­ны XVI в. // Ис­то­рия СССР. 1976. № 3; Crummey R. O. Aristocrats and servitors: the boyar elite in Russia, 1613–1689. Princeton, 1983; Пав­лов А. П. Го­су­да­рев двор и по­ли­ти­че­ская борь­ба при Бо­ри­се Го­ду­но­ве (1584–1605 гг.). СПб., 1992; Скрын­ни­ков Р. Г. Цар­ст­во тер­ро­ра. СПб., 1992; Рос­сий­ская эли­та в сем­над­ца­том ве­ке: Дум­ные и це­ре­мо­ни­аль­ные чи­ны Го­су­да­ре­ва дво­ра, 1613–1713. [Hels.], 2004. Т. 1; Ста­ни­слав­ский А. Л. Тру­ды по ис­то­рии го­су­да­ре­ва дво­ра в Рос­сии XVI–XVII вв. М., 2004.

Вернуться к началу