КРЫ́МСКОЕ ХА́НСТВО

Авторы: А. В. Виноградов, С. Ф. Фаизов

КРЫ́МСКОЕ ХА́НСТВО, го­су­дар­ст­во на тер­ри­то­рии Крым­ско­го по­лу­ост­ро­ва (с 1475 – на б. ч. его тер­ри­то­рии) и при­ле­гаю­щих к не­му зем­лях в 15–18 вв. [до сер. 15 в. эти тер­ри­то­рии со­став­ля­ли Крым­ский юрт (улус) Зо­ло­той Ор­ды]. Сто­ли­ца – Крым (Ки­рим; ны­не Ста­рый Крым), с ок. 1532 – Бах­чи­са­рай, с 1777 – Ке­фе (Каф­фа).

Боль­шин­ст­во рос. ис­то­ри­ков от­но­сят воз­ник­но­ве­ние К. х. к нач. 1440-х гг., ко­гда пра­ви­те­лем Крым­ско­го п-ова при под­держ­ке вел. кн. ли­тов­ско­го Ка­зи­мира IV Ягел­лон­чи­ка стал ос­но­ва­тель ди­на­стии Ги­ре­ев хан Хад­жи-Ги­рей I. В тур. ис­то­рио­гра­фии от­ри­ца­ет­ся су­ще­ст­во­ва­ние крым­ской го­су­дар­ст­вен­но­сти до 1470-х гг.

Осн. на­се­ле­ние К. х. со­став­ля­ли крым­ские та­та­ры, на­ря­ду с ни­ми в К. х. про­жи­ва­ли зна­чит. об­щи­ны ка­раи­мов, италь­ян­цев, ар­мян, гре­ков, чер­ке­сов и цы­ган. В нач. 16 в. под власть крым­ских ха­нов пе­ре­шла часть но­га­ев (ман­гы­тов), ко­то­рые ко­че­ва­ли за пре­де­ла­ми Крым­ско­го п-ова, пе­ре­се­ля­ясь ту­да в пе­рио­ды за­сух и бес­кор­ми­цы. Боль­шин­ст­во на­се­ле­ния ис­по­ве­до­ва­ло ис­лам ха­на­фит­ско­го тол­ка; часть на­се­ле­ния – пра­во­сла­вие, мо­но­фе­лит­ст­во, иу­да­изм; в 16 в. су­ще­ст­во­ва­ли не­боль­шие ка­то­лич. об­щи­ны. Тат. на­се­ле­ние Крым­ско­го п-ова час­тич­но ос­во­бо­ж­да­лось от уп­ла­ты на­ло­гов. Гре­ки пла­ти­ли джи­зию, италь­ян­цы на­хо­ди­лись в бо­лее при­ви­ле­ги­ро­ван­ном по­ло­же­нии бла­го­да­ря час­тич­ным на­ло­го­вым по­слаб­ле­ни­ям, сде­лан­ным в прав­ле­ние Менг­ли-Ги­рея I. К сер. 18 в. на­се­ле­ние К. х. со­став­ля­ло ок. 500 тыс. чел. Тер­ри­то­рия К. х. де­ли­лась на кай­ма­кан­ст­ва (на­ме­ст­ни­че­ст­ва), ко­то­рые со­стоя­ли из ка­ды­лы­ков, ох­ва­ты­вав­ших ряд на­се­лён­ных пунк­тов. Гра­ни­цы круп­ных бей­ли­ков, как пра­ви­ло, не сов­па­да­ли с гра­ни­ца­ми кай­ма­канств и ка­ды­лы­ков.

В сер. 1470-х гг. на внут­ри- и внеш­непо­ли­тич. по­ло­же­ние К. х. ре­шаю­щее влия­ние на­ча­ла ока­зы­вать Ос­ман­ская им­пе­рия, вой­ска ко­то­рой за­хва­ти­ли юж. по­бе­ре­жье Крым­ско­го п-ова с кре­по­стью Каф­фа (Ке­фе, взя­та в ию­не 1475). С нач. 16 в. К. х. вы­сту­па­ло в ро­ли свое­об­раз­но­го ору­дия ос­ман­ской по­ли­ти­ки в вост.-ев­роп. ре­гио­не, а его во­ен. си­лы на­ча­ли при­ни­мать ре­гу­ляр­ное уча­стие в во­ен. кам­па­ни­ях сул­та­нов. На про­тя­же­нии 16–17 вв. неск. раз про­ис­хо­ди­ло ох­ла­ж­де­ние от­но­ше­ний К. х. с Ос­ман­ской им­пе­ри­ей, что бы­ло свя­за­но как с внут­ри­по­ли­тич. не­ста­биль­но­стью в са­мом К. х. (ко­то­рая влек­ла за со­бой от­каз ха­нов от уча­стия в во­ен. по­хо­дах сул­та­нов и др.) и внеш­не­по­ли­тич. не­уда­ча­ми ха­нов (напр., с про­ва­лом тур.-крым­ского по­хо­да на Ас­т­ра­хань в 1569), так и с по­ли­тич. борь­бой в Ос­ман­ской им­пе­рии. В 18 в. во­ен. кон­фрон­та­ции ме­ж­ду К. х. и Ос­ман­ской им­пе­ри­ей не бы­ло, од­на­ко уси­ле­ние по­ли­тич. не­ста­биль­но­сти в цен­тре и ре­гио­нах Ос­ман­ской им­пе­рии при­ве­ло к бо­лее час­той, чем в 17 в., сме­не ха­нов на крым­ском пре­сто­ле.

Государственное устройство

К. х. окон­ча­тель­но офор­ми­лось в кон. 15 – нач. 16 вв. Вер­хов­ная власть при­над­ле­жа­ла ха­ну – пред­ста­ви­те­лю ди­на­стии Ги­ре­ев, ко­то­рый яв­лял­ся вас­са­лом тур. сул­та­на (офи­ци­аль­но за­кре­п­ле­но в 1580-х гг., ко­гда имя сул­та­на ста­ло про­из­но­сить­ся пе­ред име­нем ха­на во вре­мя пят­нич­ной мо­лит­вы, что в му­сульм. ми­ре слу­жи­ло при­зна­ком вас­са­ли­те­та). 

Сю­зе­ре­ни­тет сул­та­на за­клю­чал­ся в пра­ве ут­вер­жде­ния ха­нов на пре­сто­ле спец. бе­ра­том, обя­за­тель­ст­ве крым­ских ха­нов по тре­бо­ва­нию сул­та­на вы­став­лять вой­ско для уча­стия в вой­нах Ос­ман­ской им­пе­рии, от­ка­зе К. х. от со­юз­нич. от­но­ше­ний с го­су­дар­ст­ва­ми, вра­ж­деб­ны­ми Ос­ман­ской им­пе­рии. Кро­ме то­го, один из сы­но­вей крым­ско­го ха­на дол­жен был на­хо­дить­ся в Кон­стан­ти­но­по­ле (Стам­бу­ле) в ка­че­ст­ве за­лож­ни­ка. Сул­та­ны вы­пла­чи­ва­ли ха­нам и чле­нам их се­мей де­неж­ное со­дер­жа­ние, ока­зы­ва­ли во­ен. под­держ­ку в по­хо­дах, ко­гда они от­ве­ча­ли ин­те­ре­сам Ос­ман­ской им­пе­рии. Для кон­тро­ля над ха­на­ми сул­та­ны с 1475 име­ли в сво­ём рас­по­ря­же­нии кре­пость Ке­фе с силь­ным гар­ни­зо­ном (при Менг­ли-Ги­рее I её на­ме­ст­ни­ка­ми бы­ли сы­но­вья и вну­ки сул­та­нов, в ча­ст­но­сти внук сул­та­на Бая­зи­да II, бу­ду­щий сул­тан Су­лей­ман I Ка­ну­ни), Озю-Ка­ле (Оча­ков), Азов и др.

На­след­ник крым­ско­го пре­сто­ла (кал­га) на­зна­чал­ся ха­ном. Но­во­го ха­на долж­ны бы­ли ут­вер­ждать гла­вы 4 кла­нов К. х. (ка­ра­чи-бе­ки) – Ар­гы­нов, Ба­ры­нов, Кип­ча­ков и Ши­ри­нов. Кро­ме то­го, он дол­жен был по­лу­чать акт (бе­рат) из Стам­бу­ла о сво­ём ут­вер­жде­нии.

При ха­не су­ще­ст­во­вал со­вет зна­ти – ди­ван, ре­шав­ший гл. обр. внеш­не­по­ли­тич. во­про­сы. Пер­во­на­чаль­но гл. роль в ди­ва­не, по­ми­мо чле­нов хан­ской се­мьи, иг­ра­ли ка­ра­чи-бе­ки 4 (с сер. 16 в. – 5) кла­нов – Ар­гы­нов, Ба­ры­нов, Кип­ча­ков, Ши­ри­нов, Сед­жиу­тов. За­тем важ­ную роль ста­ли иг­рать пред­ста­ви­те­ли зна­ти, вы­дви­ну­тые ха­на­ми. В со­став ди­ва­на вхо­ди­ли гла­вы фа­ми­лий, яв­ляв­шие­ся на­след­ст­вен­ны­ми «амия­та­ми», т. е. по­сред­ни­ка­ми в ди­пло­ма­тич. от­но­ше­ни­ях К. х. с Рус. гос-вом (род Ап­па­ка-мур­зы, в даль­ней­шем бе­ки, на рус. служ­бе – кня­зья Су­ле­ше­вы), а так­же Поль­шей и Вел. кн-вом Ли­тов­ским (ВКЛ) (с 1569 объ­е­ди­ни­лись в Речь По­спо­ли­ту) [род Ку­лю­ка-мур­зы, в даль­ней­шем бе­ки Ку­ли­ко­вы (Ку­лю­ко­вы)]. Пред­ста­ви­те­ли этих ро­дов и их род­ст­вен­ни­ки, как пра­ви­ло, на­зна­ча­лись по­сла­ми в Мо­ск­ву, Кра­ков и Виль­но. Кро­ме то­го, в со­став ди­ва­на вхо­ди­ли ка­ра­чи-бе­ки крым­ских ман­гы­тов (но­га­ев, при­знав­ших власть крым­ско­го ха­на) – бе­ки Ди­вее­вы (род од­но­го из по­том­ков Еди­гея – мур­зы Ти­му­ра бин Ман­су­ра). В прав­ле­ние Менг­ли-Ги­рея I наи­боль­шим влия­ни­ем в ди­ва­не об­ла­да­ли ка­ра­чи-бе­ки Ши­ри­нов Эми­нек и его сын Дев­ле­тек. Пре­об­ла­да­ние Ши­ри­нов (пре­тен­до­вав­ших на про­ис­хо­ж­де­ние от Чин­ги­си­дов) в ди­ва­не в це­лом со­хра­ня­лось до кон. 18 в. С кон. 16 в. важ­ную роль в ди­ва­не стал иг­рать баш-ага (ви­зирь), на­зна­чав­ший­ся ха­ном.

Ос­но­ву во­ен. сил К. х. со­став­ля­ла кон­ни­ца (до 120–130 тыс. всад­ни­ков), вы­став­ляв­шая­ся на пе­ри­од во­ен. кам­па­ний са­мим ха­ном, дру­ги­ми Ги­рея­ми, крым­ской зна­тью и крым­ски­ми но­гая­ми, а так­же гар­ни­зо­ны кре­по­стей. От­ли­чит. осо­бен­но­стью крым­ско-тат. кон­ни­цы яв­ля­лось от­сут­ст­вие обо­за и на­ли­чие за­пас­но­го ко­ня у ка­ж­до­го всад­ни­ка, что обес­пе­чи­ва­ло бы­ст­ро­ту пе­ре­дви­же­ния в по­хо­де и ма­нёв­рен­ность на по­ле боя. Ес­ли вой­ско воз­глав­лял хан, в К. х. для обес­пе­че­ния ста­биль­но­сти, как пра­ви­ло, ос­та­вал­ся кал­га.

Экономическое положение

К. х. на про­тя­же­нии все­го периода его су­ще­ст­во­ва­ния бы­ло не­ста­биль­ным, т. к. ре­гу­ляр­но по­вто­ряю­щие­ся за­су­хи ве­ли к мас­со­во­му па­де­жу ско­та и к го­ло­ду. До сер. 17 в. од­ной из гл. ста­тей до­хо­да К. х. яв­ля­лась до­бы­ча (гл. обр. плен­ные), за­хва­чен­ная в хо­де крым­ских ха­нов на­бе­гов. Вер­хов­ным соб­ст­вен­ни­ком зем­ли К. х. счи­тал­ся хан. Ги­реи об­ла­да­ли собств. до­ме­ном (эрз ми­рие), ос­но­ву ко­то­ро­го со­став­ля­ли пло­до­род­ные зем­ли в до­ли­не р. Аль­ма. Ха­нам при­над­ле­жа­ли так­же все со­ля­ные озё­ра. Хан раз­да­вал зем­лю сво­им вас­са­лам в не­от­чу­ж­дае­мое вла­де­ние (бей­ли­ки). Вла­дель­ца­ми б. ч. об­ра­ба­ты­вае­мых зе­мель и ско­та яв­ля­лись на­ря­ду с ха­ном круп­ные фео­да­лы – се­мей­ст­ва бе­ев, сред­ние и мел­кие фео­да­лы – мур­зы и ог­ла­ны. Зем­ля пре­дос­тав­ля­лась в арен­ду на ус­ло­ви­ях вы­пла­ты 10-й до­ли уро­жая и от­ра­бот­ки 7–8 дней бар­щи­ны в год. Клю­че­вую роль в ис­поль­зо­ва­нии зем­ли сво­бод­ны­ми сель­ски­ми жи­те­ля­ми иг­ра­ла об­щи­на (дже­ма­ат), в ко­то­рой кол­лек­тив­ное зем­ле­вла­де­ние со­че­та­лось с ча­ст­ным. Су­щест­во­ва­ли так­же ва­куф­ные зем­ли, при­над­ле­жав­шие разл. ис­лам­ским ин­сти­ту­там. 

Ве­ду­щее по­ло­же­ние в эко­но­ми­ке К. х. за­ни­ма­ло жи­вот­но­вод­ст­во. Зем­ле­де­лие прак­ти­ко­ва­лось толь­ко на час­ти по­лу­ост­ро­ва (осн. куль­ту­ры – про­со и пше­ни­ца), К. х. яв­ля­лось од­ним из гл. по­став­щи­ков пше­ни­цы в Ос­ман­скую им­пе­рию. Бы­ли так­же раз­ви­ты ви­но­гра­дар­ст­во и ви­но­де­лие, са­до­вод­ст­во и ого­род­ни­че­ст­во. Боль­шие до­хо­ды хан­ско­му дво­ру при­но­си­ла до­бы­ча со­ли. В ре­мес­лен­ном про­из-ве, в зна­чит. ме­ре ре­гу­ли­ро­вав­шем­ся це­хо­вы­ми объ­еди­не­ния­ми, пре­об­ла­да­ли об­ра­бот­ка кож, из­го­тов­ле­ние шер­стя­ных из­де­лий (пре­им. ков­ров), куз­неч­ное, юве­лир­ное и шор­ное де­ло. На степ­ных тер­ри­то­ри­ях ко­че­вое жи­вот­но­вод­ст­во со­че­та­лось с зем­ле­де­ли­ем, ре­мес­лен­ным про­из-вом, ме­ст­ной и тран­зит­ной тор­гов­лей. В кон. 15 – нач. 16 вв. сло­жи­лись тра­ди­ции тор­го­во­го об­ме­на с со­пре­дель­ны­ми стра­на­ми, ус­та­но­ви­лись прак­ти­ка од­но­вре­мен­но­го хо­ж­де­ния ту­рец­ких, рус., ли­тов. и польск. де­нег при че­кан­ке крым­ски­ми ха­на­ми сво­ей мо­не­ты, по­ря­док взи­ма­ния по­шлин ха­на­ми и т. д. В 16 в. хри­стиа­не со­став­ля­ли ос­но­ву ку­пе­че­ст­ва К. х. В 17–18 вв. в эко­но­ми­ке К. х. про­ис­хо­дит по­сте­пен­ное со­кра­ще­ние до­ли до­хо­дов от во­ен. до­бы­чи, а со 2-й пол. 18 в. рез­ко умень­ши­лось ис­поль­зо­ва­ние раб­ско­го тру­да в сель­ском хо­зяй­ст­ве и ре­мес­лен­ном про­из­вод­ст­ве.

Внутренняя политика

По­сле смер­ти Хад­жи-Ги­рея I в 1466 пре­стол унас­ле­до­вал его стар­ший сын – Нур-Дев­лет-Ги­рей. Его власть ос­па­ри­ва­лась его бра­том Менг­ли-Ги­ре­ем I, ко­то­рый ок. 1468 су­мел за­нять крым­ский пре­стол. Нур-Дев­лет-Ги­рею уда­лось бе­жать из К. х., и в по­сле­дую­щей борь­бе за пре­стол оба пре­тен­ден­та ак­тив­но ис­ка­ли со­юз­ни­ков. Нур-Дев­лет-Ги­рей пы­тал­ся за­ру­чить­ся под­держ­кой ха­нов Боль­шой Ор­ды и вел. кн. ли­тов­ско­го Ка­зи­ми­ра IV, а Менг­ли-Ги­рей I в нач. 1470-х гг. на­чал пе­ре­го­во­ры об ан­ти­ор­дын­ском сою­зе с вел. кн. мо­с­ков­ским Ива­ном III Ва­силь­е­ви­чем. К 1476 Нур-Дев­лет-Ги­рей ов­ла­дел всем К. х., но в 1478/79 на пре­сто­ле вновь ут­вер­дил­ся Менг­ли-Ги­рей I, при­слан­ный из Стам­бу­ла сул­та­ном Мех­ме­дом II с ос­ман­ски­ми вой­ска­ми. 

Вто­рое прав­ле­ние Менг­ли-Ги­рея I (1478/79 – янв. 1515) и прав­ле­ние его сы­на Му­хам­мед-Ги­рея I (1515–23) бы­ло пе­рио­дом уси­ле­ния К. х. В апр. 1524 пре­стол К. х. при под­держ­ке ос­ман­ских войск за­нял брат Му­хам­мед-Ги­рея I Саа­дет-Ги­рей, жив­ший в Стам­бу­ле. При этом сул­тан на­зна­чил Га­зи-Ги­рея I кал­гой при дя­де, од­на­ко в мо­мент при­не­се­ния им клят­вы вер­но­сти Саа­дет-Ги­рей I при­ка­зал убить пле­мян­ни­ка, что по­ло­жи­ло на­ча­ло тра­ди­ции фи­зич. уст­ра­не­ния пре­тен­ден­тов на пре­стол, со­хра­няв­шей­ся на про­тя­же­нии всей даль­ней­шей ис­то­рии К. х. В прав­ле­ние Саа­дет-Ги­рея I (1524–32) во­ен.-по­ли­тич. ак­тив­ность К. х. сни­зи­лась, на­ча­лось боль­шое фор­ти­фи­кац. строи­тель­ст­во на Пе­ре­ко­пе с це­лью ог­ра­дить Крым­ский п-ов от но­гай­ских на­па­де­ний. Рез­ко воз­рос­ла за­ви­си­мость ха­на от Ос­ман­ской им­пе­рии, про­яви­лись наи­бо­лее ха­рак­тер­ные при­зна­ки сла­бо­сти хан­ской вла­сти в Кры­му: рас­кол в се­мье Ги­ре­ев и не­оп­ре­де­лён­ность в на­сле­до­ва­нии пре­сто­ла (сме­ни­лось 5 калг). В мае 1532 хан от­рёк­ся от пре­сто­ла в поль­зу пле­мян­ни­ка Ис­лам-Ги­рея, под­дер­жан­но­го боль­шин­ст­вом зна­ти, и по­ки­нул К. х. (ум. ок. 1539 в Стам­бу­ле).

Ак­тив­ная по­зи­ция но­во­го ха­на Ис­лам-Ги­рея I вы­зва­ла не­до­воль­ст­во тур. сул­та­на Су­лей­ма­на I Ка­ну­ни, наз­на­чив­ше­го в сент. 1532 ха­ном пра­вив­ше­го ра­нее в Ка­за­ни Са­гиб-Ги­рея I (сент. 1532 – нач. 1551). К ле­ту 1537 ему уда­лось к се­ве­ру от Пе­ре­ко­па раз­гро­мить си­лы сме­щён­но­го Ис­лам-Ги­рея I, ко­то­рый при этом по­гиб. Не­смот­ря на по­беду, по­ло­же­ние но­во­го ха­на не ста­ло ус­той­чи­вым, т. к. он имел про­тив­ни­ков и сре­ди чле­нов ди­на­стии Ги­ре­ев, и сре­ди крым­ской зна­ти, и сре­ди но­гай­ской зна­ти, ко­то­рая ор­га­ни­зо­ва­ла за­го­вор про­тив не­го. Ле­том 1538 во вре­мя по­хо­да на Мол­да­вию Са­гиб-Ги­рей I ед­ва не по­гиб в стыч­ке с но­га­я­ми, ко­то­рых «на­ве­ли» на не­го за­го­вор­щи­ки из чис­ла зна­ти крым­ских но­га­ев. В 1540-е гг. хан про­вёл ко­рен­ную ре­фор­му в К. х.: жи­те­лям Крым­ско­го п-ова бы­ло за­пре­ще­но вес­ти ко­че­вой об­раз жиз­ни, ве­ле­но раз­ло­мать ки­бит­ки и жить осед­ло в ау­лах. Но­во­вве­де­ния спо­соб­ст­во­ва­ли на­са­ж­де­нию в К. х. осед­ло-зем­ле­дельч. ук­ла­да, но вы­зва­ли не­до­воль­ст­во зна­чит. час­ти крым­ских та­тар.

Пре­тен­ден­том на пре­стол вы­сту­пил бе­жав­ший из К. х. в Ос­ман­скую им­пе­рию внук Менг­ли-Ги­рея I – Дев­лет-Ги­рей I, ко­то­рый при­был в Ке­фе и про­воз­гла­сил се­бя ха­ном. На его сто­ро­ну мгно­вен­но пе­ре­шла б. ч. зна­ти. Са­гиб-Ги­рей I, на­хо­див­ший­ся в это вре­мя в оче­ред­ном по­хо­де на Ка­бар­ду, спеш­но вер­нул­ся в К. х., но был схва­чен и по­гиб вме­сте с сы­новь­я­ми. Вес­ной 1551 сул­тан при­знал Дев­лет-Ги­рея I ха­ном (пра­вил до ию­ня 1577). На его прав­ле­ние при­шёл­ся рас­цвет К. х. Но­вый хан ис­тре­бил всю се­мью сверг­ну­то­го ха­на, по­сте­пен­но уст­ра­нил всех пред­ста­ви­те­лей ди­на­стии, кро­ме собств. де­тей. Он уме­ло иг­рал на про­ти­во­ре­чи­ях ме­ж­ду разл. кла­на­ми крым­ской зна­ти: ему бы­ли ло­яль­ны Ши­ри­ны (в ли­це его зя­тя, ка­ра­чи-бе­ка Ази), крым­ские но­гаи (в ли­це ка­ра­чи-бе­ка Ди­вея-мур­зы) и род Ап­па­ка (в ли­це бе­ка Су­ле­ша). Хан так­же пре­дос­тав­лял убе­жи­ще эмиг­ран­там из быв. Ка­зан­ско­го хан­ст­ва и чер­кес­ским князь­ям из Жа­нии.

По­сле смер­ти Дев­лет-Ги­рея I на пре­стол всту­пил его сын Му­хам­мед-Ги­рей II (1577–84), прав­ле­ние ко­то­ро­го от­ме­че­но ост­рей­шим внут­ри­по­ли­тич. кри­зи­сом. Часть зна­ти под­дер­жа­ла его брать­ев – Адиль-Ги­рея и Алп-Ги­рея, а сул­тан – дя­дю Му­хам­мед-Ги­рея II Ис­лам-Ги­рея. По­пыт­ка ха­на ук­ре­пить своё по­ло­же­ние пу­тём уч­ре­ж­де­ния долж­но­сти вто­ро­го на­след­ни­ка (ну­ра­ди­на) ещё бо­лее обо­ст­ри­ла по­ло­же­ние. В ре­зуль­та­те не­удач­ной по­пыт­ки по­да­вить вы­сту­п­ле­ние кал­ги Алп-Ги­рея Му­хам­мед-Ги­рей II был убит.

По­ло­же­ние но­во­го ха­на Ис­лам-Ги­рея II (1584–88) так­же бы­ло не­проч­ным. Ле­том 1584 сы­но­вья Му­хам­мед-Ги­рея II Саа­дет-Ги­рей, Са­фа-Ги­рей и Му­рад-Ги­рей с от­ря­да­ми крым­ских но­га­ев вторг­лись на Крым­ский п-ов и за­ня­ли Бах­чи­са­рай; Саа­дет-Ги­рей был про­воз­гла­шён ха­ном. Ис­лам-Ги­рей II при во­ен. под­держ­ке сул­та­на Му­ра­да III со­хра­нил за со­бой но­ми­наль­ную власть. Мя­теж­ные ца­ре­ви­чи Ги­реи по­про­си­лись «под ру­ку» рус. ца­ря Фё­до­ра Ива­но­ви­ча, ко­то­рый при­знал Саа­дет-Ги­рея (ум. 1587) крым­ским ха­ном, а его брат Му­рад-Ги­рей по­лу­чил в дер­жа­ние Ас­т­ра­хань. Па­де­ние пре­сти­жа хан­ской вла­сти уси­ли­ло не­до­воль­ст­во крым­ской зна­ти, под­верг­шей­ся ре­прес­си­ям по­сле мя­те­жа 1584. На­ча­лось её бег­ст­во к мя­теж­ным ца­ре­ви­чам и в Стам­бул к сул­та­ну. Из зна­ти ло­яль­ны­ми ха­ну ос­та­ва­лись толь­ко отд. пред­ста­ви­те­ли кла­нов Ши­ри­нов и Су­ле­ше­вых. Рез­ко упал во­ен. по­тен­ци­ал К. х., ко­то­рое под­вер­га­лось на­па­де­ни­ям при­дне­пров­ских ка­за­ков.

Внут­ри­по­ли­тич. по­ло­же­ние К. х. ста­би­ли­зи­ро­ва­лось в пер­вое прав­ле­ние бра­та Му­хам­мед-Ги­рея II – Га­зи-Ги­рея II (май 1588 – кон. 1596). Кал­гой при нём стал его брат Фетх-Ги­рей, ну­ра­ди­ном – Са­фа-Ги­рей, вер­нув­ший­ся в Крым вме­сте с ча­стью ра­нее эмиг­ри­ро­вав­ших мурз. По при­бы­тии в К. х. Га­зи-Ги­рей II не­мед­лен­но дос­тиг со­гла­ше­ния с боль­шин­ст­вом пред­ста­ви­те­лей крым­ской зна­ти. Ок­ру­же­ние ха­на со­ста­ви­ли сто­рон­ни­ки де­тей Му­хам­мед-Ги­рея II – бе­ки Кут­лу-Ги­рей Ши­рин­ский, Де­быш Ку­ли­ков и Ар­са­най Ди­ве­ев. Отд. сто­рон­ни­ки Ис­лам-Ги­рея II вы­ну­ж­де­ны бы­ли бе­жать в Ке­фе, а за­тем в Стам­бул. К сер. 1590-х гг. Га­зи-Ги­рей II столк­нул­ся с но­вой уг­ро­зой дес­та­би­ли­за­ции по­ло­же­ния в Кры­му: его гл. опо­ра в се­мье Ги­ре­ев – Са­фа-Ги­рей – скон­чал­ся, по­гиб Ар­са­най Ди­ве­ев, а от­но­ше­ния с кал­гой Фетх-Ги­ре­ем ухуд­ши­лись. В ре­зуль­та­те не­до­воль­ные ха­ном пред­ста­ви­те­ли пра­вя­щей эли­ты Ос­ман­ской им­пе­рии уго­во­ри­ли сул­та­на Мех­ме­да III на­зна­чить ха­ном Фетх-Ги­рея.

Фетх-Ги­рей I (1596–97) по при­бы­тии в К. х. стре­мил­ся обезо­па­сить се­бя от мес­ти бра­та, на­зна­чив кал­гой и ну­ра­ди­ном сво­их пле­мян­ни­ков Бахт-Ги­рея и Се­ля­мет-Ги­рея – сы­но­вей Адиль-Ги­рея, но по­ло­же­ние его ос­та­ва­лось не­ус­той­чи­вым. Вско­ре в ре­зуль­та­те по­ли­тич. борь­бы в Стам­бу­ле сул­тан из­дал бе­рат (указ) о вос­ста­нов­ле­нии Га­зи-Ги­рея II на крым­ском пре­сто­ле и ока­зал ему во­ен. под­держ­ку. По­сле су­деб­но­го раз­би­ра­тель­ст­ва Фетх-Ги­рей был схва­чен и убит вме­сте с семь­ёй.

В го­ды сво­его вто­ро­го прав­ле­ния (1597–1608) Га­зи-Ги­рей II рас­пра­вил­ся с не­по­кор­ны­ми чле­на­ми се­мьи Ги­ре­ев и под­дер­жи­вав­ши­ми их мур­за­ми. Бы­ли каз­не­ны ну­ра­дин Дев­лет-Ги­рей (сын Саа­дет-Ги­рея) и бек Кут­лу-Ги­рей Ши­рин­ский. Хан­ско­му пле­мян­ни­ку кал­ге Се­ля­мет-Ги­рею уда­лось бе­жать из К. х. По­сле это­го Га­зи-Ги­рей II на­зна­чил кал­гой и ну­ра­ди­ном сво­их сы­но­вей – Тох­та­мыш-Ги­рея и Се­фер-Ги­рея.

С нач. 17 в. уча­сти­лись сме­ны ха­нов на крым­ском пре­сто­ле, лишь отд. пред­ста­ви­те­ли ди­на­стии Ги­ре­ев пы­та­лись ока­зать ре­аль­ное про­ти­во­дей­ст­вие все­объ­ем­лю­ще­му кон­тро­лю пра­ви­тель­ст­ва Ос­ман­ской им­пе­рии над К. х. Так, Му­хам­мед-Ги­рей III (1623–24, 1624–28) и его брат кал­га Ша­гин-Ги­рей в 1624 от­ка­за­лись под­чи­нить­ся ука­зу сул­та­на Му­ра­да IV о сме­ще­нии ха­на и си­лой отстоя­ли своё пра­во на власть и ав­то­ном­ный ста­тус К. х. в со­ста­ве Ос­ман­ской им­пе­рии. Хан от­ка­зал­ся от уча­стия в тур.-перс. вой­не 1623–39, сбли­зил­ся с про­ти­во­сто­яв­шей ос­ма­нам Ре­чью По­спо­ли­той и в дек. 1624 за­клю­чил до­го­вор с За­по­рож­ской Се­чью, на­прав­лен­ный про­тив Ос­ман­ской им­пе­рии. Од­на­ко в 1628 но­вое воо­руж. столк­но­ве­ние К. х. с Ос­ман­ской им­пе­ри­ей за­вер­ши­лось по­ра­же­ни­ем объ­е­ди­нён­ных крым­ско-за­по­рож­ских войск и при­ве­ло к из­гна­нию Му­хам­мед-Ги­рея III и Ша­гин-Ги­рея из К. х. Се­па­ра­ти­ст­ские тен­ден­ции во взаи­мо­от­но­ше­ни­ях К. х. с Ос­ман­ской им­пе­ри­ей про­яв­ля­лись так­же при Му­хам­мед-Ги­рее IV (1641–44, 1654–66) и Адиль-Ги­рее (1666–71). В 18 в. ав­то­ри­тет и вла­ст­ные пол­но­мо­чия ха­нов умень­ша­лись, уси­ли­ва­лось влия­ние бе­ев и глав ко­че­вых но­гай­ских орд, раз­ви­ва­лись цен­тро­беж­ные тен­ден­ции со сто­ро­ны но­га­ев.

Внешняя политика

Осн. внеш­не­по­ли­тич. про­тив­ни­ком К. х. в на­ча­ле его су­ще­ст­во­ва­ния яв­ля­лась Боль­шая Ор­да, ко­то­рая бы­ла раз­гром­ле­на крым­ца­ми в 1490-х гг. – 1502. В ре­зуль­та­те под власть крым­ских ха­нов пе­ре­шла часть но­гай­ских пле­мён. Крым­ские ха­ны по­зи­цио­ни­ро­ва­ли се­бя как пре­ем­ни­ки ха­нов Зо­ло­той Ор­ды. В 1521 Му­хам­мед-Ги­рею I уда­лось по­са­дить сво­его бра­та Са­гиб-Ги­рея на ка­зан­ский пре­стол, а в 1523 по­сле ус­пеш­но­го по­хо­да на Ас­т­ра­хан­ское хан­ст­во он по­са­дил на ас­т­ра­хан­ский пре­стол кал­гу Ба­ха­дур-Ги­рея. В 1523 Са­гиб-Ги­рей был вы­ну­ж­ден уе­хать в К. х., а ка­зан­ский пре­стол за­нял его пле­мян­ник – Са­фа-Ги­рей (1524–31). В 1535 при под­держ­ке дя­ди Са­фа-Ги­рею уда­лось вер­нуть се­бе ка­зан­ский пре­стол (пра­вил до 1546 и в 1546–49). Во­ен.-по­ли­тич. ак­тив­ность К. х. на этом на­прав­ле­нии рез­ко умень­ши­лась по­сле при­со­еди­не­ния Ка­зан­ско­го (1552) и Ас­т­ра­хан­ско­го (1556) ханств к Рус. го­су­дар­ст­ву. 

Ак­тив­ные дей­ст­вия Менг­ли-Ги­рея I в По­вол­жье ве­ли к кон­флик­там с фор­ми­ро­вав­шей­ся в это вре­мя Но­гай­ской Ор­дой. Но­гаи на про­тя­же­нии 16–18 вв. иг­ра­ли важ­ную роль в ис­то­рии К. х., в ча­ст­но­сти не­ко­то­рые из них вхо­ди­ли в со­став вой­ска К. х. В 1523 но­гаи уби­ли ха­на Му­хам­мед-Ги­рея I и Ба­ха­дур-Ги­рея, а за­тем, раз­гро­мив под Пе­ре­ко­пом крым­ские вой­ска, вторг­лись на Крым­ский п-ов и ра­зо­ри­ли его. С сер. 16 в. в ор­би­ту влия­ния К. х. по­па­ла Ма­лая Но­гай­ская Ор­да (Ка­зы­ев улус).

Дру­гим важ­ным на­прав­ле­ни­ем внеш­ней по­ли­ти­ки К. х. бы­ли от­но­ше­ния с ады­га­ми, как с «ближ­ни­ми», так и с «даль­ни­ми», т. е. с Зап. Чер­ке­си­ей (Жа­ни­ей) и Вост. Чер­ке­си­ей (Ка­бар­дой). Жа­ния уже при Менг­ли-Ги­рее I проч­но во­шла в зо­ну крым­ско­го влия­ния. При Менг­ли-Ги­рее I на­ча­лись ре­гу­ляр­ные по­хо­ды на Ка­бар­ду, воз­глав­ляв­шие­ся ли­бо са­мим ха­ном, ли­бо его сы­новь­я­ми (са­мый круп­ный со­сто­ял­ся в 1518). Это на­прав­ле­ние внеш­ней по­ли­ти­ки К. х. со­хра­ня­ло своё зна­че­ние вплоть до кон­ца его су­ще­ст­во­ва­ния.

В прав­ле­ние Менг­ли-Ги­рея I про­яви­лась важ­ная роль К. х. в ме­ж­ду­нар. от­но­ше­ни­ях в Вост. Ев­ро­пе. Ди­пло­ма­тич. свя­зи К. х. с Рус. гос-вом, Поль­шей и ВКЛ при Менг­ли-Ги­рее I но­си­ли ин­тен­сив­ный и ре­гу­ляр­ный ха­рак­тер. Ус­та­но­ви­лась прак­ти­ка за­клю­че­ния с ни­ми со­юз­ных до­го­во­ров (при­не­се­ния т. н. шер­ти), тра­ди­ция по­лу­че­ния «по­ми­нок» («упо­ми­нок»; в де­неж­ной фор­ме и в ви­де по­дар­ков), рас­смат­ри­вав­ших­ся ха­на­ми как сим­вол бы­ло­го вла­ды­че­ст­ва Чин­ги­си­дов над Вост. Ев­ро­пой. В 1480-е – нач. 1490-х гг. внеш­нюю по­ли­ти­ку Менг­ли-Ги­рея I ха­рак­те­ри­зо­вал по­сле­до­ва­тель­ный курс на сбли­же­ние с Рус. гос-вом с це­лью соз­дать коа­ли­цию про­тив Боль­шой Ор­ды и Ягел­ло­нов. В нач. 16 в. по­сле кра­ха поль­ско-ли­тов­ско-ор­дын­ско­го сою­за про­ис­хо­ди­ло мед­лен­ное, но не­ук­лон­ное уси­ле­ние вра­ж­деб­но­сти К. х. по от­но­ше­нию к Рус. гос-ву. В 1510-х гг. сло­жил­ся со­юз К. х. и ВКЛ. К это­му пе­рио­ду от­но­сится и на­ча­ло на­бе­гов крым­ских ха­нов на Рус. гос-во. От­но­ше­ния К. х. с Рус. гос-вом рез­ко обо­ст­ри­лись при Дев­лет-Ги­рее I, при­чи­ной че­го по­слу­жи­ло при­сое­ди­не­ние Ка­зан­ско­го и Ас­т­ра­хан­ско­го ханств к Рус. гос-ву, а так­же усиле­ние его по­зи­ций на Сев. Кав­ка­зе (строи­тель­ст­во в 1567 кре­по­сти Тер­ки при впа­де­нии р. Сун­жа в Те­рек). В 1555–58 под влия­ни­ем А. Ф. Ада­ше­ва раз­ра­бо­тан план ско­ор­ди­ни­рован­ных на­сту­пат. дейст­вий про­тив Крым­ско­го хан­ст­ва, в 1559 рус. вой­ска под ко­манд. Д. Ф. Ада­ше­ва впер­вые дейст­во­ва­ли не­пос­ред­ст­вен­но на тер­ри­то­рии хан­ст­ва. Од­на­ко не­об­хо­ди­мость со­сре­до­то­чить во­ен. си­лы на те­ат­ре Ли­вон­ской вой­ны 1558–83 за­ста­ви­ла Ива­на IV Ва­силь­е­ви­ча Гроз­но­го от­ка­зать­ся от даль­ней­шей реа­ли­за­ции пла­на Ада­ше­ва, что от­кры­ло для Дев­лет-Ги­рея I воз­мож­ность ре­ван­ша. По­пыт­ки пра­ви­тель­ст­ва ца­ря Ива­на IV ре­шить про­бле­му ди­пло­ма­тич. ме­то­да­ми (по­соль­ст­во А. Ф. На­го­го в 1563–64) не име­ли ус­пе­ха, хо­тя 2.1.1564 в Бах­чи­са­рае и был за­клю­чён рус­ско-крым­ский мир­ный до­го­вор, на­ру­шен­ный ха­ном уже че­рез пол­го­да. Ин­тен­сив­ность крым­ских на­бе­гов сни­зи­лась лишь по­сле раз­гро­ма войск К. х. в Мо­ло­дин­ской бит­ве 1572. При этом с 1550-х гг. на­бе­ги со­вер­ша­лись и на юж. зем­ли ВКЛ, что бы­ло свя­за­но с уча­сти­ем прид­не­пров­ских ка­за­ков в во­ен. опе­ра­ци­ях рус. вое­вод. Не­смот­ря на со­юз­нич. обя­за­тель­ст­ва Дев­лет-Ги­рея I пе­ред Си­гиз­мун­дом II Ав­гу­стом, на­бе­ги крым­ских ха­нов на ВКЛ и Поль­шу про­дол­жа­лись и в 1560-е гг. (са­мый круп­ный в 1566). Му­хам­мед-Ги­рей II в ус­ло­ви­ях ост­ро­го внут­ри­по­ли­тич. кри­зи­са в К. х. воз­дер­жал­ся от вме­ша­тель­ст­ва в Ли­вон­скую вой­ну 1558–83. В 1578 при по­сред­ни­че­ст­ве тур. сул­та­на Му­ра­да III за­клю­чён со­юз­ный до­го­вор К. х. с Ре­чью По­спо­ли­той, но од­но­вре­мен­но бы­ли во­з­об­нов­ле­ны ди­пло­ма­тич. от­но­ше­ния с Мо­ск­вой. В нач. 1588 Ис­лам-Ги­рей II по при­ка­зу Му­ра­да III пред­при­нял по­ход на Речь По­спо­ли­ту (в ка­че­ст­ве от­ве­та на ка­зац­кие на­па­де­ния). В 1589 крым­цы со­вер­ши­ли круп­ный на­бег на Речь По­спо­ли­ту. Од­на­ко на фо­не уси­ле­ния по­зи­ций Мо­ск­вы на Кав­ка­зе (свя­за­но в т. ч. с тем, что Ас­т­ра­хань бы­ла да­на в дер­жа­ние Му­рад-Ги­рею) и не­до­воль­ст­ва Ос­ман­ской им­пе­рии дру­же­ст­вен­ны­ми от­но­ше­ния­ми К. х. с Рус. гос-вом аг­рес­сив­ность К. х. по от­но­ше­нию к Рус. гос-ву уси­ли­лась в нач. 1590-х гг. В 1593–98 рус­ско-крым­ские от­но­ше­ния ста­би­ли­зи­ро­ва­лись и при­об­ре­ли мир­ный ха­рак­тер, на ру­бе­же 16–17 вв. – вновь ос­лож­ни­лись, но по­сле 1601 про­изош­ло их уре­гу­ли­ро­ва­ние. С на­ча­лом Смут­но­го вре­ме­ни польск. ко­роль Си­гиз­мунд III без­ус­пеш­но пы­тал­ся обес­пе­чить под­держ­ку дей­ст­вий Лже­дмит­рия I со сто­ро­ны крым­ско­го ха­на, од­на­ко Га­зи-Ги­рей II с одоб­ре­ния сул­та­на за­ни­мал в от­но­ше­нии Ре­чи По­спо­ли­той вра­ж­деб­ную по­зи­цию, рас­смат­ри­вая её как со­юз­ни­цу Габс­бур­гов. В 1606–07 крым­цы со­вер­ша­ли на­па­де­ния на юж. зем­ли Поль­ши.

По­сте­пен­ное ос­лаб­ле­ние К. х. при­ве­ло к то­му, что в 17–18 вв. оно про­во­ди­ло ме­нее ак­тив­ную внеш­нюю по­ли­ти­ку. Взаи­мо­от­но­ше­ния К. х. с Рус. гос-вом в те­че­ние все­го 17 в. раз­ви­ва­лись в рус­ле уже сло­жив­ших­ся форм и тра­ди­ций ди­пло­ма­тич. от­но­ше­ний. Про­дол­жа­лась прак­ти­ка еже­год­но­го об­ме­на по­соль­ст­ва­ми, до 1685 вклю­чи­тель­но рус. пра­ви­тель­ст­во вы­пла­чи­ва­ло крым­ским ха­нам еже­год­ную дань («по­мин­ки»), раз­мер ко­то­рой дос­ти­гал 14715 руб. (окон­ча­тель­но от­ме­не­на спец. пунк­том Кон­стан­ти­но­поль­ско­го ми­ра 1700). Пе­ре­пис­ку с ца­рём на тат. яз. ве­ли хан, кал­га и ну­ра­дин.

В 1-й пол. 18 в. крым­ские ха­ны на­хо­ди­лись в це­лом в дру­же­ст­вен­ных от­но­ше­ни­ях с Рос­си­ей. Од­на­ко отд. на­бе­ги 1730-х гг. и по­ход 1735 ха­на Ка­план-Ги­рея I в Пер­сию че­рез тер­ри­то­рии Рос. им­пе­рии по­влек­ли за со­бой во­ен. дей­ст­вия рос. ар­мии в К. х. во вре­мя рус.-тур. вой­ны 1735–39.

Присоединение Крымского ханства к России

 В хо­де рус.-тур. вой­ны 1768–1774 по­сле пер­вых по­бед рос. ар­мии Еди­сан­ская ор­да и Буд­жак­ская (Бел­город­ская) ор­да в 1770 при­зна­ли над со­бой сю­зе­ре­ни­тет Рос­сии. Рос. пра­ви­тель­ст­во без­ус­пеш­но пы­та­лось скло­нить крым­ско­го ха­на Се­лим-Ги­рея III (1765–1767; 1770–71) к при­ня­тию рос. под­дан­ст­ва. 14(25).6.1771 рус. вой­ска под ко­манд. ген.-ан­ше­фа кн. В. М. Дол­го­ру­ко­ва (с 1775 Дол­го­ру­ков-Крым­ский) на­ча­ли штурм пе­ре­коп­ских ук­ре­п­ле­ний, а к на­ча­лу ию­ля взя­ли осн. стра­те­ги­че­ски важ­ные кре­по­сти Крым­ско­го п-ова. Хан Се­лим-Ги­рей III бе­жал в Ос­ман­скую им­пе­рию. В но­яб. 1772 но­вый хан Са­гиб-Ги­рей II (1771–75) за­клю­чил с Рос­си­ей до­го­вор о при­зна­нии К. х. не­за­ви­си­мым го­су­дар­ст­вом, на­хо­дя­щим­ся под по­кро­ви­тель­ст­вом рос. им­пе­рат­ри­цы. По Кю­чук-Кай­нард­жий­ско­му ми­ру 1774, за­фик­си­ро­вав­ше­му не­за­ви­си­мый ста­тус К. х., ос­ман­ский сул­тан ос­тав­лял за со­бой пра­во ду­хов­но­го по­пе­чи­те­ля (ха­ли­фа) крым­ских му­суль­ман. Не­смот­ря на тя­го­те­ние час­ти тат. эли­ты к Рос­сии, в крым­ском об­ще­ст­ве гос­под­ство­ва­ли про­ту­рец­кие на­строе­ния. Ос­ман­ская им­пе­рия, со сво­ей сто­ро­ны, пы­та­лась со­хра­нить по­ли­тич. влия­ние в К. х., сев.-зап. При­чер­но­мо­рье, При­азо­вье и на Сев. Кав­ка­зе, вклю­чая кав­каз­ское по­бе­ре­жье Чёр­но­го мо­ря. 24.4(5.5).1777 крым­ским ха­ном с пра­вом пе­ре­да­чи пре­сто­ла по на­след­ст­ву был из­бран Ша­гин-Ги­рей, ло­яль­но на­стро­ен­ный по от­но­ше­нию к Рос­сии. На­ло­го­вая по­ли­ти­ка но­во­го ха­на, зло­упот­реб­ле­ние от­ку­па­ми и по­пыт­ка соз­да­ния при­двор­ной гвар­дии по рос. об­раз­цу спро­во­ци­ро­ва­ли в окт. 1777 – февр. 1778 нар. вол­не­ния по все­му К. х. По­сле по­дав­ле­ния вол­не­ний из-за со­хра­не­ния уг­ро­зы вы­сад­ки тур. де­сан­та на по­лу­ост­ро­ве рос. во­ен. ад­ми­ни­ст­ра­ция вы­ве­ла из Кры­ма всех хри­сти­ан (ок. 31 тыс. чел.). Эта ме­ра не­га­тив­но ска­залась на эко­но­ми­ке К. х. и вы­зва­ла, в ча­ст­но­сти, со­кра­ще­ние на­ло­го­вых по­сту­п­ле­ний в хан­скую каз­ну. Не­по­пу­ляр­ность Ша­гин-Ги­рея при­ве­ла к то­му, что крым­ская знать из­бра­ла ха­ном став­лен­ни­ка Ос­ман­ской им­пе­рии Ба­ха­дур-Ги­рея II (1782–83). В 1783 Ша­гин-Ги­рей был воз­вра­щён на крым­ский пре­стол с по­мо­щью рос. войск, од­на­ко это не при­ве­ло к же­лае­мой ста­би­ли­за­ции об­ста­нов­ки в К. х. В ре­зуль­та­те 8(19).4.1783 имп. Ека­те­ри­на II из­да­ла ма­ни­фест о при­со­еди­не­нии Кры­ма, Та­ман­ско­го п-ова и зе­мель до р. Ку­бань к Рос­сии.

При­сое­ди­не­ние К. х. к Рос­сии зна­чи­тель­но ук­ре­пи­ло по­зи­ции Рос. им­пе­рии на Чёр­ном м.: поя­ви­лись пер­спек­ти­вы хо­зяйств. ос­вое­ния Сев. При­чер­но­мо­рья, раз­ви­тия тор­гов­ли на Чёр­ном м. и строи­тель­ст­ва рос. Чер­но­мор­ско­го фло­та.

Лит.: Matériaux pour servir à l’histoire du Kha­nate de Crimée – Ма­те­риа­лы для ис­то­рии Крым­ско­го хан­ст­ва. СПб., 1864 (текст на тат. яз.); Kurat AN. Topkapı Sarayı Müzesi arși­vindeki Altın ordu, Kırım ve Türkistan han­la­rına aıt yarlıkl ve bitikler. İst., 1940; Le Khanat de Crimée dans les archives du Musée du palais de Topkapi. P., 1978; Гре­ков ИБ. Ос­ман­ская им­пе­рия, Крым и стра­ны Вос­точ­ной Ев­ро­пы в 50–70-е гг. XVI в. // Ос­ман­ская им­пе­рия и стра­ны Цен­траль­ной, Вос­точ­ной и Юго-Вос­точ­ной Ев­ро­пы в XV–XVI вв. М., 1984; Из ис­то­рии ре­гио­нов: Крым в гео­по­ли­ти­че­ских раз­ло­мах Вос­точ­ной Ев­ро­пы. На­сле­дие Зо­ло­той Ор­ды // Оте­че­ст­вен­ная ис­то­рия. 1999. № 2; Тре­пав­лов ВВ. Ис­то­рия Но­гай­ской Ор­ды. М., 2001; Хо­рош­ке­вич АЛ. Русь и Крым. От сою­за к про­ти­во­стоя­нию. М., 2001; Фаи­зов СФ. Пись­ма ха­нов Ис­лам-Ги­рея III и Му­хам­мед-Ги­рея IV к ца­рю Алек­сею Ми­хай­ло­ви­чу и ко­ро­лю Яну Ка­зи­ми­ру: 1654–1658: Крым­ско­та­тар­ская ди­пло­ма­ти­ка в по­ли­ти­че­ском кон­тек­сте пост­пере­яс­лав­ско­го вре­ме­ни. М., 2003; Смир­нов ВД. Крым­ское хан­ст­во под вер­хо­вен­ст­вом От­то­ман­ской Пор­ты. М., 2005. Т. 1: До на­ча­ла XVIII в.

Вернуться к началу