Подпишитесь на наши новости
Вернуться к началу с статьи up

МА́РТОС

МА́РТОС Иван Пет­ро­вич [1754, мес­теч­ко Ич­ня Пол­тав­ской губ. – 5(17).4.1835, С.-Пе­тер­бург], рос. скульп­тор, ака­де­мик пе­терб. АХ (1782), поч. чл. Рос. ака­де­мии. Ро­дил­ся в се­мье мел­ко­по­ме­ст­но­го укр. дво­ря­ни­на. Учил­ся в пе­терб. АХ (1764–73) у Л. Рол­ла­на и Н. Ф. Жил­ле. Пен­сио­нер АХ в Ри­ме (1773–78), где изу­чал про­из­ве­де­ния ан­тич­ной скульп­ту­ры, поль­зо­вал­ся со­ве­та­ми П. Ба­то­ни, Ж. М. Вье­на и К. Аль­ба­чи­ни. Вер­нул­ся в Рос­сию убе­ж­дён­ным сто­рон­ни­ком клас­си­циз­ма. Ис­пол­нил ряд порт­ре­тов (мра­мор­ные бюс­ты гр. Н. И. Па­ни­на, 1780, и А. В. Па­ни­ной, 1782, оба – ГТГ; кн. М. М. Го­ли­цы­на, 1804, имп. Алек­сан­д­ра I, 1822, оба – ГРМ) и ми­фо­ло­гич. ком­по­зи­ций («Спя­щий Эн­ди­ми­он», 1778; «Ак­те­он», брон­за, 1800, ГТГ). В 1780–1800-х гг. М. мно­го ра­бо­тал в но­вой для рус. иск-ва об­лас­ти ме­мо­ри­аль­ной пла­сти­ки, гар­мо­нич­но со­че­тая гражд. па­фос и иде­аль­ную воз­вы­шен­ность об­ра­зов с осо­бой ка­мер­но­стью пе­ре­да­чи ин­тим­ных пе­ре­жи­ва­ний. Для ран­них над­гро­бий (кн. С. С. Вол­кон­ской, 1782, ГТГ; М. П. Со­ба­ки­ной, 1782, П. А. Брюс, 1786–90, оба – в Го­ли­цын­ской усы­паль­ни­це Дон­ско­го мон. в Мо­ск­ве; все – мра­мор) ха­рак­тер­ны муз. рит­мич­ность ком­по­зи­ции, ис­кус­ное со­вме­ще­ние вы­со­ко­го и низ­ко­го рель­е­фа, вир­ту­оз­ная мо­де­ли­ров­ка форм. В даль­ней­шем М. час­то ухо­дил от ба­рель­еф­но­го прин­ци­па ком­по­зи­ции, обо­соб­ляя че­ло­ве­че­ские фи­гу­ры от скульп­тур­но­го фо­на и мо­ну­мен­та­ли­зи­руя па­мят­ник в це­лом (над­гро­бия гр. Н. И. Па­ни­на, 1788, мра­мор, Му­зей гор. скульп­ту­ры, С.-Пе­тер­бург). Не­ред­ко ис­поль­зуя мо­тив пи­ра­ми­даль­ной сте­лы с вклю­чён­ным в неё ба­рель­еф­ным ме­даль­оном-порт­ре­том умер­ше­го, М. стре­мил­ся раз­но­об­ра­зить рас­по­ло­же­ние фи­гур скор­бя­щих, при­бе­гал к по­ли­хро­мии от­тен­ков мра­мо­ра. С нач. 1790-х гг. об­раз­ный строй про­из­ве­де­ний М. ус­лож­нял­ся и по­рой дра­ма­ти­зи­ро­вал­ся (над­гро­бия кн. Е. С. Ку­ра­ки­ной и А. Ф. Тур­ча­ни­но­ва, оба – мра­мор, 1792, там же).

И. П. Мартос. Надгробие княгини С. С. Волконской. Мрамор. 1782. Третьяковская галерея (Москва).

Про­из­ве­де­ния М. зре­ло­го пе­рио­да отли­ча­ют­ся об­щей мо­ну­мен­таль­но­стью форм, ор­га­нич­ной свя­зью с ар­хит. сре­дой, яс­ной замк­ну­то­стью ком­по­зи­ции, ла­ко­нич­ной вы­ра­зи­тель­но­стью си­лу­эта; су­ро­вая сдер­жан­ность ге­ро­ев в про­яв­ле­нии чувств, осо­бая ве­ли­ча­вость об­ра­зов при­зва­ны во­пло­тить ан­тич­ные идеа­лы му­же­ст­ва и со­вер­шен­ной кра­со­ты (над­гро­бие кн. Е. И. Га­га­ри­ной, брон­за, 1803, Му­зей гор. скульп­ту­ры, С.-Пе­тер­бург; «Па­мят­ник ро­ди­те­лям», 1797–98, и па­мят­ник имп. Пав­лу I, мра­мор, гра­нит, 1805–07, оба – в Пав­лов­ском пар­ке). Эти чер­ты наи­бо­лее яр­ко вы­ра­же­ны в па­мят­ни­ке Кузь­ме Ми­ни­ну и Дмит­рию По­жар­ско­му в Мо­ск­ве (брон­за, гра­нит, 1804–1815), ко­то­рый был со­ору­жён по об­ществ. ини­циа­ти­ве и от­крыт в 1818. Скульп­тур­ная груп­па, пе­ре­даю­щая пат­рио­тич. подъём рус. на­ро­да, пер­во­на­чаль­но бы­ла об­ра­ще­на к Крем­лёв­ской сте­не; тем са­мым па­мят­ник осо­бен­но пол­но об­на­ру­жи­вал свою смы­сло­вую и про­стран­ст­вен­ную связь с ан­самб­лем Крас­ной пло­ща­ди (в 1930-е гг. сдви­нут к По­кров­ско­му со­бо­ру). За соз­да­ние па­мят­ни­ка М. по­лу­чил чин дей­ст­вит. стат­ско­го со­вет­ни­ка.

Но­ты ри­го­риз­ма, не­ко­то­рая ме­лоч­ность в де­та­лях свой­ст­вен­ны по­след­ним ра­бо­там М. (па­мят­ни­ки: А. Э. Ри­ше­льё в Одес­се, брон­за, гра­нит, 1823–28; М. В. Ло­мо­но­со­ву в Ар­хан­гель­ске, 1826–1829, ус­та­нов­лен в 1832; имп. Алек­сан­д­ру I в Та­ган­ро­ге, брон­за, гра­нит, 1828–1831; кн. Г. А. По­тём­ки­ну-Тав­ри­че­ско­му в Хер­со­не, 1825–31, не сохр.; тер­ра­ко­то­вые эс­ки­зы групп че­ты­рёх еван­ге­ли­стов для церк­ви пе­терб. АХ, 1831, ГРМ). М. из­вес­тен и как мас­тер мо­ну­мен­таль­но-де­ко­ра­тив­ной скульп­ту­ры (ста­туя «Ак­те­он» для фон­та­нов Пе­тер­го­фа, зо­ло­чё­ная брон­за, 1801; рель­еф «Ис­те­че­ние Мои­се­ем во­ды в пус­ты­не» на ат­ти­ке Ка­зан­ско­го со­бо­ра в С.-Пе­тер­бур­ге, из­вест­няк, 1804–07). Пре­по­да­вал в пе­терб. АХ (1779–1835; с 1794 стар­ший проф., с 1814 рек­тор скульп­ту­ры, с 1831 засл. рек­тор). Ока­зал боль­шое влия­ние на фор­ми­ро­ва­ние сти­ля рус. скульп­ту­ры 1-й тре­ти 19 в.

Лит.: Ко­ва­лен­ская Н. Н. Мар­тос. М.; Л., 1938; Ал­па­тов М. В. И. П. Мар­тос. М.; Л., 1947; Гоф­ман И. М. И. П. Мар­тос. Л., 1970; Ти­мо­фее­ва Н. В. Гра­ж­да­ни­ну Ми­ни­ну и кня­зю По­жар­ско­му // Ку­ран­ты. 1987. Вып. 2; Кар­по­ва Е. В. И. Мар­тос из­вест­ный и не­из­вест­ный... СПб., 2005.

Вернуться к началу